-Вы, дядя Витя, дома всё дорисовываете?

-Во-первых, не дорисовываю, а дописываю, - механически поправил Кубик, - а во-вторых, эта вещичка уже готова.

-Готова? - удивился Славик. - Эта?!

На полотне была сумятица зеленых, сиреневых и синих пятен, от него веяло каким-то необъяснимым холодком.

-Разве нет? Ты вглядись. Здесь я встретился с лугом и рекой ранним-ранним утром.

Славик вгляделся и поежился. На картину это не было похоже, но чем больше он смотрел, тем знобче ему становилось. Словно он шел ранним утром - такое было с ним, может раз или два - по высокой росистой траве к реке.

Славик оглянулся. Художник стоял скрестив руки на груди и смотрел на свой холст. Наверно, он видел его совсем не так, как гость.

Оба тогда долго смотрели на картину, но знобкость, которую Славик почувствовал вначале, больше не появлялась, а мазки так и не стали лугом, рекой, сизым туманом.

Во дворе у Кубика жила коза Манька. С ней он ходл на этюды, бродил по лугу, у речки и в лесу. Коза была упрямая, урямство налетало на нее неожиданно. То она не хотела идти на этюды, то упиралась по дороге домой. В один из таких моментов и увидел Славик неразлучную пару.

Посмотреть этот театр позвала его Нинка. Она возникла над забором и оторвала соседа от ужина:

-Иди смотреть, как Кубик козу тащит!

Славик вышел на улицу. Художник с козой занимались перетягиванием каната. Рогатая упиралась в землю всеми четырьмя ногами, Кубик - двумя.

-Умоляю вас, ваша Рогатость, не противьтесь! - причитал Кубик. - Ну что вам стоит сделать несколько шагов! О, черт! Да ты ослица, а не коза! Ваша Бодливость, ну будьте чуть поумней...

Странную пару сопровождала тройка мальчишек. Они сперва хохотали, хватаясь за деревья на обочине, чтобы не упасть. Потом Генка не выдержал и посоветовал художнику взять палку.